УЛЫБАЮЩИЙСЯ МИК

Американские газеты называли его «советский ликвидатор узких мест» и «улыбающийся Мик». Посол США в СССР Уолтер Беделл Смит охарактеризовал его как «умного и мудрого в масштабе всего мира маленького армянина». А предшественник Смита, Аверелл Гарриман считал его «единственным человеком в Кремле, с которым можно разговаривать». Поднятые по тревоге 250 тысяч солдат и 90 тысяч морских пехотинцев США со дня на день ожидали приказа о вторжении на Кубу. Остров Свободы уже блокировали более чем 180 американских военных кораблей, а самолеты ВВС США готовились нанести бомбовые удары по советским военным базам на Кубе, если СССР не примет американский ультиматум — демонтировать ракетные установки средней дальности. Тем временем советские военные корабли на полных парах шли к Кубе, получив приказ не обращать внимания на американцев. На Кубе к тому моменту дислоцировались 42 тысячи советских солдат. Мир стоял на пороге третьей мировой войны. К счастью, в этой обстановке нашелся человек, способный взвалить на себя бремя экстренных трехсторонних переговоров между США, СССР и Кубой, благодаря которым человечество избежало катастрофы. Человеком этим был первый заместитель председателя Совета министров СССР Анастас Иванович (Арташес Ованесович) Микоян. Усилия по разрешению «Карибского кризиса» стали венцом его богатой политической карьеры. 38 лет непрерывной работы в правительстве СССР — таков стаж Микояна. Он оказался талантливым организатором, мастером переговоров и компромиссов. Не последнюю роль в его деловых качествах играло и происхождение. Британскому премьер-министру Гарольду Макмиллану Микоян говорил: «У вас в Англии многовековая традиция торговли. Но мы тоже умеем вести торговые переговоры — я имею за спиной долгую историю армянских торговцев!» В период первых пятилеток Советскому Союзу остро не хватало валюты для покупки промышленного оборудования. Пожалуй, единственное, что Страна Советов могла продать за валюту, были картины знаменитых западных мастеров, золотые и ювелирные изделия, мебель из царских дворцов, а также часть библиотеки Николая II. Но продать все это оказалось непросто — из-за протестов видных деятелей русской эмиграции. И все-таки Микояну удалось заключить крупные сделки с Галустом Гульбенкяном — известным миллиардером армянского происхождения, жившим в Португалии. Затем ценности стали покупать и американцы. Эти сделки осуществлялись до 1936 года, а общая выручка СССР от них составила более 100 миллионов долларов. Будучи наркомом пищевой промышленности, Микоян сделал многое для ее становления, в частности, помог быстрому развитию в СССР производства холодильных установок. А любимым его увлечением было мороженое... Даже Сталин как-то заметил: «Ты, Анастас Иванович, такой человек, которому не так важен коммунизм, как решение проблемы изготовления хорошего мороженого». Вообще, следует признать, что Микоян к любому вопросу подходил глубоко и всесторонне. В 1936 году Микоян с супругой находились в круизе на пароходе «Нормандия», следующем по маршруту Гавр — Нью-Йорк — Гавр. Весь путь Микоян брал «уроки» у сомелье — француза, и после длительного морского путешествия сошел на американский берег истинным знатоком вин. Не привыкший откладывать что-либо на потом, Микоян распорядился послать во Францию группу советских виноделов для изучения производства шампанских вин. А на обратном пути сам навестил провинцию Шампань, и в результате в СССР появилось «Советское шампанское». Немногие знают, что именно по инициативе Микояна в конце 30-х годов в СССР была издана первая советская поваренная книга — «Книга о вкусной и здоровой пище». Неоценим оказался организаторский талант Микояна и во время войны, когда он возглавил Комитет продовольственно-вещевого снабжения Красной Армии. Им же были заключены договора об американских поставках в СССР по ленд-лизу. Заслуги Микояна в снабжении армии были столь бесспорны, что в 1943 году, в разгар войны, ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Он был из тех немногих государственных деятелей, кого обошла стороной безжалостная машина сталинского репрессивного аппарата. Многие объясняют это великим конформизмом Микояна, его приспособляемостью. Споры о моральной чистоплотности Микояна не утихают и по сей день. Сам Анастас Иванович говорил об этом периоде довольно однозначно и крайне самокритично — «все мы тогда были мерзавцами». Но при этом не следует забывать, что он лично не принимал непосредственного участия в преступлениях режима. Более того, всегда был против репрессий и старался, как мог, помогать честным людям, отвести угрозу хотя бы от некоторых. Конечно, ему часто приходилось и молчать, а иногда и вслух поддерживать проводимую политику чисток. Сталин недвусмысленно угрожал Микояну: «История о том, как были расстреляны 26 бакинских комиссаров, и только один из них — Микоян — остался в живых, темна и запутанна. И ты, Анастас, не заставляй нас распутывать эту историю». Сталин никому не позволял оставаться «чистеньким» — на многих резолюциях об арестах появлялись и подписи Микояна. Сделка с совестью? Многие сегодня говорят, что молчание есть соучастие, мол, надо было протестовать против беззаконий, надо было поднять свой голос, надо было... Но сегодня и здесь сказать легче, чем совершить все это в 30-е годы в Кремле. Что означало тогда открыто выступить против Сталина и НКВД? Неминуемую гибель. Микояну это было прекрасно известно. Причем смерть ожидала не только «смельчака», в кровавую мясорубку автоматически попадали все его родные, включая детей, друзья, коллеги и сослуживцы. Умереть и сохранить свое имя незапятнанным, но увлечь за собой в могилу сотни ни в чем не повинных людей? Упаси нас Бог от подобного выбора. Страх навредить своим ближним, своей семье, во все времена был одним из самых действенных методов давления и подчинения. Профилактически эта мера была применена и к Анастасу Микояну. В 1943 году в Москве сын министра авиационной промышленности Шахурина застрелил свою подругу и покончил жизнь самоубийством. В ходе следствия выяснилась шокирующая подробность —дети высокопоставленных кремлевских чиновников «играют в правительство», разделив между собой «министерские портфели» и «должности». Двум младшим сыновьям Микояна инкриминировали ведение «антисоветской деятельности», и они были арестованы. Полгода, проведенные 15-летним Вано и 13-летним Серго на Лубянке, и их «административная высылка» в Сталинабад (Душанбе) призваны были напомнить Анастасу Ивановичу, позволявшему себе спорить с другом-диктатором, кто в доме хозяин. А ведь не прошло и года, как в бою под Сталинградом он уже потерял одного из своих пяти сыновей — Владимира... Однако при всей жестокости и беспощадности Сталина, нельзя не признать, что он высоко ценил профессионалов, людей, преданных делу и способных эффективно решать стоящие перед ними сложнейшие задачи. Именно этим, в частности, объясняется «выживаемость» Микояна в сталинский период. Кто-то в шутку даже предлагал ввести такую единицу устойчивости — «один микоян». К примеру, на ночных сталинских посиделках, когда вождь, убежденный, что выпитое вино развяжет языки его товарищей по партии, внимательно слушал их разговоры, Микоян нашел способ уговорить официантку, и она приносила ему вместо вина вишневый сок. Но даже этот «кремлевский долгожитель» к концу 1952 года оказался близок к роковой черте. На XIX съезде КПСС Сталин подверг Микояна и Молотова резкой критике. Все знали, что это означает, и понимали, что их участь предрешена. Микоян ни днем ни ночью не расставался с револьвером, со дня на день ожидая ареста. Смерть Сталина в марте 1953-го явилась, по сути, отменой приговора. Анастасу Микояну повезло. Вообще, по его собственному признанию, удача и везение сопутствовали ему практически всю жизнь. Не раз он был на волосок от гибели — в 1915 году на русско-турецком фронте, в 1918 году в перестрелке в Баку. По чистой случайности его не оказалось в списке 26-и комиссаров Бакинской коммуны, расстрелянных в Красноводске. Он мог погибнуть, когда отчаявшийся солдат стрелял в его машину, выезжавшую из Спасских ворот осенью 1941-го. В январе же 1959 года чудесное везение Микояна спасло не только его жизнь. В самолете Скандинавских авиалиний, в котором Микоян летел из Нью-Йорка в Копенгаген, друг за другом загорелись два правых двигателя. Стюардессы, попросив разрешения Микояна, перевели в его салон, который находился в наиболее безопасной хвостовой части судна, пассажиров с детьми. Затем стали подробно объяснять действие спасательных средств, в том числе какого-то чудодейственного порошка, отпугивающего акул, при посадке на воду. На что Микоян галантно уверил стюардессу, что ни одна акула не обратит на него внимания, если рядом будет такая очаровательная девушка. Его шутка разрядила ситуацию, а пилотам удалось вовремя посадить авиалайнер на территории военно-морской базы США... Но на этом воздушные происшествия не закончились. В ноябре того же года, после возвращения из Мексики, выяснилось, что еще 20 минут полета, и самолет Микояна потерпел бы аварию из-за проблем с турбиной. Однако козырями Анастаса Ивановича были не только везение и удача. Незаурядные личные и деловые качества, умение находить компромиссные решения в критических ситуациях — вот чем был знаменит Микоян. Истина где-то посередине — наверное, так могло бы звучать его негласное кредо. Он воздержался от участия в развернувшейся сразу после смерти Сталина борьбы за власть. Именно Микоян остро поставил вопрос о злоупотреблении властью Сталина, подвергнув его обстоятельной и глубокой критике, причем сделал это на десять дней раньше, чем Хрущев в своем знаменитом докладе на XX съезде. Однако Микоян же и предупредил, что нельзя умалять заслуги Сталина в управлении государством, особенно в период войны. После XX съезда Микоян непосредственно руководил формированием примерно ста комиссий, которые должны были выехать во все лагеря и места заключения СССР, чтобы быстро осуществить пересмотр обвинений политических заключенных. Микоян помог реабилитации и возвращению многих своих прежних друзей и сотрудников, некоторые из которых заняли ответственные посты в партийном и государственном аппаратах. Он был человеком государственного мышления и масштаба, иначе говоря, ярким образцом государственного деятеля. Любое его действие, любой шаг были подчинены только интересам страны, личное отодвигалось на второй план. Так было, когда в дни Карибского кризиса умерла жена Анастаса Ивановича — Ашхен. Пережив тяжелейший стресс, Микоян, тем не менее, не прервал свою миссию и не приехал на похороны, осознавая лежащую на его плечах гигантскую ответственность за международную ситуацию. Майкл Эллман, профессор Чикагского Университета, говорил: «Долгожительство Микояна имело своей причиной не только и не столько его поразительную хитрость, умение изворачиваться и плести интригу. Дело было не только в его феноменальном таланте дипломата. Микоян был действительно практически незаменим. Он был сверхэффективен». Сейчас таких людей называют современным словом — кризис-менеджер. О Микояне можно сказать — гениальный кризис-менеджер. Он умел «разрулить» ситуацию, найти правильные компромиссы, уступая в частностях, но выигрывая в главном. Когда в Грозном вспыхнули беспорядки между русским населением и возвратившимися в республику после депортации чеченцами и ингушами, именно Микоян вылетел в Чечено-Ингушскую АССР, чтобы урегулировать конфликт. Дело обошлось без кровопролития и массовых арестов. Перед глазами Анастаса Микояна прошла почти вся история Советского Союза, он был участником или свидетелем практически всех значимых событий в жизни страны. Американский советолог и историк А.Улам писал: «Какую бы историю мы имели, если бы Анастас Микоян дал нам свои истинные воспоминания!... Размышляя об искусстве политического продвижения, мы обращаемся обычно к примеру Талейрана. Но Талейран был дилетантом, а не профессионалом по сравнению с Микояном... Когда Микоян умрет, мы можем быть уверены, что его убитые горем коллеги будут нервозно и тщательно изучать каждый лоскуток бумаги, который он оставит». Улам был близок к истине. В московской квартире Анастаса Ивановича стоял огромный сейф, о содержимом которого никто, кроме самого хозяина, не знал. Как только стало известно о смерти Микояна, его архив, а также содержимое сейфа были изъяты «для изучения». Такова, впрочем, судьба личных архивов почти всех людей, занимавших очень ответственные посты. Говорят, что когда после смерти Суслова открыли его архив, то нашли лишь тоненькую папку с бумагами. Архив Микояна при переправке занял три грузовых автомобиля... Политические фигуры государственного масштаба редко бывают однозначными. Анастас Микоян — не исключение, его личность противоречива и сложна. Но одно можно сказать с уверенностью — для многих поколений Микоян навсегда останется ярким примером государственного деятеля, политика с большой буквы. Источник:http://imyerevan.com/ru/society/view/1842   [gallery ids="5920,5921,5922"]